Перейти к контенту
КАЗАХСТАНСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ФОРУМ

Рекомендуемые сообщения

Спасибо за внимание к вопросу :signthankspin: Пытались и через военкомат и через общественные организации. Имеется информация, что было перезахоронение. Нет точных данных.

Отыскалась информация. Нашлись фронтовые треугольнички с печатью военной цензуры. Правда очень размыто все. Есть ли где места, чтобы восстановили текст?

Изменено пользователем Zhalair Мухали

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

В интернете нашел приказ об исключении из рядов Красной армии.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Расплата за 1941 год. Белоруссия 1944 год

"Пока мы совершали утомительные ночные переходы, готовясь отразить нападение с любой стороны, к нам постепенно присоединялись все новые и новые такие же, как мы, беглецы, и постепенно численность нашего отряда достигла почти тысячи человек. Если бы количество делало наше существование более безопасным, мы бы приветствовали каждое новое пополнение. Но на самом деле мы брали их в наш отряд лишь из жалости. Эти люди были для нас большей частью лишними ртами. К тому же чем больше был наш отряд, тем больше было шансов привлечь к себе внимание противника.

И вот, наконец, неизбежное произошло, и за нами стало вестись постоянное наблюдение с воздуха. Для этой цели русские использовали маленькие самолетики, которые мы между собой прозвали "дорожные вороны" за то, что они, выслеживая нас в лесу, то медленно взмывали вверх, то снова падали вниз.

Однажды утром, после того как мы всю ночь провели на марше, мы повстречали в лесу сразу трех русских летчиков. Мы увидели друг друга одновременно, и пилоты сразу же пустились наутек, преследуемые несколькими нашими солдатами, назначенными в тот день в охранение. Мчась зигзагами через лес, летчики сумели оторваться от погони и благополучно добежать до своих самолетов, которые спокойно стояли на лесной поляне, прежде чем наши солдаты сумели их поймать. Двое сразу же улетели в одной из машин, но мотор третьего самолета все не мог завестись. Тогда летчик выпрыгнул из кабины и залег по другую сторону от своей машины.

Я был за то, чтобы вывести машину из строя и тем самым избавить себя от назойливого внимания по крайней мере одной "дорожной вороны", однако генерал твердым голосом отдал приказ не отвлекаться и продолжать движение. Нам было очень важно преодолеть как можно большее расстояние от того места, где мы встретили летчиков. Долгий марш продолжался до самого полудня, после чего генерал отдал приказ остановиться и отдыхать перед следующим ночным переходом.

+++++++++

На следующее утро наша колонна подходила к месту привала, когда вокруг нас повсюду начали стрелять. Мы попали в засаду, в которой, кроме наземных войск, участвовала и авиация. Можно сказать, что только земля под нашими ногами не стреляла! Русские обрушили на нас град бомб, снарядов и пуль. Потери были чудовищными, но мы продолжали сопротивляться весь день, несмотря на то что вооружены были только стрелковым оружием. Все надеялись сдержать врага до наступления темноты. На девять тридцать планировался прорыв через брешь, нащупанную в русских позициях. В последний момент генерал перенес время прорыва на девять часов ровно, и это подтвердило его дар к предвидению. В половине десятого противник перешел в решительное наступление против наших позиций, и, если бы нам не удалось только что ускользнуть из капкана, все мы были бы уничтожены.

Весь день мы продолжали движение, по пути собирая разрозненные группы наших солдат, неприкаянно бродивших по лесам и дорогам близ мелких населенных пунктов. Все они были истощены и деморализованы и с удовольствием вливались в наши ряды, особенно после того, как видели, что нами командует генерал. Наш командир был очень хорошо подготовлен физически. Он шагал наравне со всеми, как будто вышел пройтись на природе в своем родном поместье. Его любимой присказкой, которую с удовольствием повторял каждый солдат нашей группы, было: "Раз уж меня называют молотильщиком (буквальный перевод его фамилии Дрешер), то я и буду молотить нашего врага". При этом он смотрел так яростно, что мы, забыв на время про усталость и отчаянное положение, в котором оказались, испытывали даже некоторое сочувствие к противнику, который попадет под генеральский "цеп".

++++++++++

Но несмотря на полное доверие к нашему командиру, все мы понимали, что оказались в прескверном положении. Еще одна засада, в которую мы попали на следующий день, стала для нас похоронным набатом. Танки, минометы, пехота, среди которых было много автоматчиков, - все они косили нас, спеша собрать кровавый урожай. Зная, что у нас нет тяжелого вооружения, противник, не заботясь о безопасности, мог быстро перемещать танки с одной позиции на другую. Спастись сумела примерно половина группы. Ползком и на карачках мы поспешно бежали с поля, где шла бойня. Остальные были убиты, и я до сих пор вспоминаю неровные звуки выстрелов и крики, доносившиеся с места, которое мне удалось покинуть.

Те, кому удалось спастись, собирались в укрытии неподалеку, чтобы провести реорганизацию группы. В любую минуту могла последовать еще одна атака, и тогда с нами со всеми было бы покончено. Но каким-то чудом нам удалось отбросить преследовавших нас русских, и следующие двое суток мы придерживались уже отработанной тактики движения: ночной марш и отдых днем. Во время отдыха при свете солнечных лучей наше настроение и вера в спасение крепли, в дождливую же погоду все были во власти безнадежности и упадка духа.

++++++++++

Мы приняли решение до наступления дня переправиться на другую сторону, где и остановиться привалом, поэтому не стали дожидаться, пока небо затянут облака. Но как только началась переправа, нас сразу же заметили с другой стороны. Вспышки выстрелов осветили переправу еще ярче, чем лунный свет. У нас не осталось другого выхода, кроме как рассыпаться на группы и отступать в спасительную тень леса, вправо, влево и назад. На этот раз я оказался в отряде численностью примерно от восьмидесяти до ста человек. Наш трудный путь продолжался, но теперь все было по-другому: нам пришлось двигаться на восток! Нам отрезали пути к спасению, и теперь мы могли рассчитывать только на то, что сумеем, двигаясь на север или юг, запутать следы и где-нибудь вновь повернуть на запад. Сознание того, что теперь мы повернулись спинами к родине и лицом в сторону Сибири, было просто удручающим.

- Следующая остановка на Камчатке! - заметил какой-то балагур, но никто даже не улыбнулся этой шутке.

На несколько дней мы сумели избежать неприятностей. Противник прекратил преследовать нас, к тому же нам удалось поймать несколько пасущихся без присмотра лошадей. Это была собственность немецкой армии, и мы были рады неожиданному пополнению нашего скудного питания. Мы съели всех лошадей, которых нам удалось поймать. Потом нам попалась на глаза разбитая немецкая автоколонна. В некоторых машинах все еще лежали трупы, которые, как видно, никто и не подумал убирать в течение нескольких недель.

Но в других грузовиках остались нетронутые грузы. Мы съели все, что смогли найти, и были счастливы оттого, что на несколько дней избавлены от ужасных мук голода. Так мы шли и шли, пародия на некогда великую армию, мучаясь от неизвестности, что нас ждет. Продолжая молить судьбу избавить нас от монотонного изнурительного пути, каждый в душе уже знал, что любое изменение, что ждет его впереди, могло быть только к худшему.

++++++++++

И все же несчастье, как это обычно бывает, пришло неожиданно. Как-то ранним утром мы вышли к нескольким полуразрушенным строениям на опушке леса. Внутри мы нашли солому, что показалось нам необычной роскошью, которой мы так долго не могли себе позволить. В домах было решено поселить генерала и трех офицеров его штаба, которым удалось пережить последние чудовищные бои. Остальные расположились под деревьями вокруг. Меня вызвали к командиру и приказали взять двадцать человек и занять позицию на близлежащей возвышенности. Мы немедленно выдвинулись туда.

Незадолго до рассвета со стороны домов раздались звуки стрельбы. Я быстро пополз в ту сторону и с ужасом убедился в том, что там уже идет настоящий бой, на отдельных участках переходящий в рукопашную схватку. Как оказалось, в лесу остановилась русская часть, в состав которой входили конные казаки, очевидно специально дожидаясь нас, а может быть, по досадной случайности. Должно быть, русские слышали, как мы подошли к лесу ночью, и затаились в ожидании подходящего момента для нападения.

Наших товарищей застали врасплох, сонными, и, прежде чем они успели проснуться, многие были уже убиты или захвачены в плен. Спастись удалось только одному. Этот человек до войны был моряком и поэтому имел странную для всех нас привычку не ночевать на земле. Вот и в то несчастное утро он устроил себе "гнездо" на нижних ветках одного из деревьев и поэтому сумел остаться незамеченным. Когда русские ушли, он слез с дерева и вместе с еще двумя счастливо спасшимися товарищами сумел добраться до второго отряда из шести солдат охранения, которым приказали наблюдать за подступами к месту дневки на другом фланге. Потом все они поспешили присоединиться к моей небольшой группе.

++++++++++

Выживший очевидец рассказал мне, что сам видел, как генерал выскочил из домика, двумя выстрелами уложил казака, потом направил пистолет на себя и выстрелом в упор вышиб себе мозги.

Мы молча стояли, подавленные новостью о том, что человека, задачей которого было "молотить" врага, больше не было среди нас. Он предпочел позору плена смерть, было невозможно представить, что такой непреклонный человек, как генерал Дрешер, окажется в руках противника.

++++++++++

Теперь мне поневоле пришлось взвалить себе на плечи его обязанности. До того момента я всегда считал, что мои плечи иногда были слишком слабыми, чтобы позаботиться даже только об одной-единственной голове - моей собственной. Со своего наблюдательного пункта я видел, как противник гонит наших товарищей в плен. Я принял решение вести свой отряд в противоположном направлении. И двадцать семь убитых горем человек молча отправились в путь.

Стараясь не шуметь, мы пробирались через поле, а потом вышли на дорогу, которую следовало пересечь, чтобы попасть на относительно безопасную сторону леса. Осторожно разведав подступы к дороге, мы убедились, что вдоль нее были выставлены часовые, на расстоянии примерно по сто пятьдесят метров один от другого. Мы расположились так, чтобы находиться на полпути между двумя русскими, охранявшими подступы к дороге, и стали дожидаться наступления темноты.

Потом я повел группу за собой. Мы двигались на четвереньках; каждый молил о том, чтобы не попасть, подобно зайцу, в свет фар приближающегося автомобиля. Мне и еще шестерым моих товарищам удалось благополучно пересечь шоссе, но, когда на дорогу вышел восьмой из нашего "отряда", в темноте мы увидели вспышку и услышали выстрел. Наш товарищ как подкошенный свалился на землю, и я прокричал своим шестерым спутникам, чтобы те немедленно убегали и искали укрытие. Нам удалось проскочить еще около ста метров по полю, которые мы преодолели, наверное, с рекордным результатом.

Тут, наконец, показался склон холма и лес, куда мы тут же нырнули. И только здесь мы позволили себе обернуться назад и посмотреть, не преследуют ли нас. Мы увидели, как наши товарищи по другую сторону дороги бегут назад через поле; при лунном свете их силуэты казались черными на светлом фоне поля. Мы видели их в последний раз и хорошо представляли себе, что могло с ними произойти потом, так как вокруг уже слышались крики часовых и лай собак. Шансов спастись в таких условиях практически не было.

++++++++++

Из отряда численностью тысяча солдат теперь осталось только семеро, измотанных и умирающих от голода скитальцев. Несмотря ни на что, мы сохраняли в себе последнюю искру надежды на то, что нам повезет. "Вперед", - командовал я себе мысленно, и в моей голове продолжала настойчиво стучать эта безмолвная команда. С нами больше не было генерала, который строго-настрого запрещал нам двигаться в светлое время суток, за исключением чрезвычайных случаев. Теперь мне самому приходилось принимать решения, и я отдал распоряжение идти днем и ночью, останавливаясь для отдыха и сна, если позволят обстоятельства.

Голод терзал нас не переставая, мысль о нем постоянно вспыхивала в моем мозгу, и я стал даже опасаться за свой рассудок. Найдут ли меня в лесу, выкрикивающего "вперед", еще до того, как я окончательно лишусь сил?

Вскоре после того, как мы вынужденно свернули с пути, чтобы обойти аэродром, нам снова пришлось столкнуться с необходимостью переправы через реку. Уже почти стемнело. Я осторожно ступил в мутную воду, как вдруг услышал, как кто-то сзади закричал: "Спасайтесь! Нас преследуют партизаны!"

Я опомнился только тогда, когда выбрался из воды на клеверное поле. Было так тихо, что я слышал колыхание каждого листа. Изо всех сил я бежал прочь от того места. В сумерках мне удалось убежать, и я в изнеможении упал в заросли клевера, где пролежал три часа. Я подумал, что все остальные попали в плен. Нападение было настолько неожиданным, что я сам удивлялся своей удаче и очередному спасению. Впереди, словно приглашая меня, темнела новая полоса лесистых холмов, но я посчитал, что немедленно начинать движение было бы слишком опасно.

Потом я услышал, как кто-то из моих товарищей звал меня по имени. Я уже собирался броситься навстречу, как вдруг подумал, что с его стороны было бы очень странным звать меня в полный голос, когда вокруг партизаны. Поэтому я сразу заподозрил ловушку. То, что я лежал тихо и не обращал внимания на крики, как оказалось, продлило мои дни на свободе. Позже, когда я встретил некоторых из своих товарищей по тем событиям в лагере для военнопленных под Минском, они рассказали мне ту историю во всех подробностях. После того как я убежал, все остальные действительно попали в плен к партизанам. Как обычно, немецкие солдаты сразу же лишились обуви и всех тех личных вещей, что представляли хоть какую-то ценность, а потом их заперли в доме, стоявшем неподалеку от поля. Потом одного из них вывели наружу и угрозами заставили выкрикивать мое имя.

+++++++++++

На рассвете очередного серого дня я снова отправился в путь, единственный выживший, как я тогда думал, из всех тех дивизий, которые откатились к реке Березине. Что только не довелось мне испытать! Сколько раз я был так близко к тому, чтобы попасть в руки врага! Наверное, сама судьба заботилась о том, чтобы я выжил, сумел добраться до родной Германии и рассказать свою грустную историю. Я отказывался верить в то, что мне просто в очередной раз повезло. Во время тех скитаний по бесконечным равнинам России в моем затуманенном сознании прочно укоренилась мысль, что я избранный.

Следующим препятствием на пути домой стала железная дорога. Она хорошо охранялась, и мне пришлось просидеть в укрытии целый день, чтобы дождаться темноты, когда выпадет возможность перейти ее... Подумав, я пришел к выводу, что мог бы воспользоваться и этим «попутным транспортом». Конечно, не стоило рисковать и вскакивать в идущий мимо эшелон при свете дня. Но ночью я смог осторожно прыгнуть в последний вагон медленно идущего товарного поезда. Никто меня не заметил, ведь я спрятался под брезент, которым обычно накрывают танки и другую технику.

- Это будет роскошная поездка, к тому же в полной безопасности, - убеждал я самого себя, лежа на спине и мысленно воздав хвалу своей сообразительности. - Все, что тебе останется сделать, это благополучно покинуть вагон, прежде чем он остановится под разгрузку. И благодаря Красной армии ты вскоре окажешься там, где нужно.

+++++++++++

Это чувство ложной безопасности убаюкало меня и заставило совершить ошибку, о которой я сожалел еще много лет. Я заснул, причем так глубоко, что не услышал, как эшелон замедлил ход. Меня разбудил громкий стук железнодорожных молотков. Мгновенно проснувшись, я с ужасом увидел, что разгрузка уже идет полным ходом. Поезд стоял на большой станции, хорошо освещенной и многолюдной. Я попал в ловушку...

Звуки разгрузочных работ были все ближе, а мне оставалось только выглядывать из своего убежища и размышлять о том, не пристрелят ли меня на месте.

Иногда фермер, собирая урожай и перекладывая к себе в тележку последний сноп, вдруг видит под ним кролика или мышь, замершую от ужаса своей внезапной беззащитности. Но вряд ли застигнутый таким образом кролик или мышь находились в худшем положении, чем то, в котором вдруг пришлось оказаться мне.

На несколько секунд повисла гнетущая тишина, а потом кто-то вдруг пронзительно, во весь голос, закричал: "Фриц! Фриц!" Казалось, не прошло и мгновения, как вокруг меня собрались все, кто в тот момент был на станции, будто я был диковинным экспонатом зоопарка. В мерцании фонарей я медленно поднялся и попытался придать своему лицу мужественное выражение, как и подобает мужчине в минуту опасности." - из воспоминаний фельдфебеля 12-й танковой дивизии вермахта Х.Беккера.<a name="cutid1-end">

1684755_original.jpg1684995_original.jpg

1685448_original.jpg1685689_original.jpg1685998_original.jpg1686341_original.jpg1686689_original.jpg1687122_original.jpg1687503_original.jpg

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

ЧТОБ НЕ ЗАБЫВАЛИ

взято отсюда: http://www.politonline.ru/ventilyator/12405.html

Михаил Шелепов пишет:

Вечером ты едешь с работы в маршрутке домой. У водилы играет какое-нибудь «Русское радио». Вдруг песня Стаса Михайлова обрывается и после короткого джингла, диктор новостей вещает с запинками невычитанный текст срочного сообщения. Он говорит о том, что в 17 часов по Московскому времени был нанесён ракетно-бомбовый удар по городам Москва, Санкт-Петербург, Калининград, Курск, а так же ядерный удар по городам Новосибирск, Челябинск, Магнитогорск, Владивосток

Разрушены тактическими ядерными ракетами Саяно-Шушенская, Красноярская, Братская, Усть-Илимская, Волгоградская гидроэлектростанции, диверсионными группами повреждены реакторы Балаковской, Белоярской, Билибинской, Калининской, Ленинградской, Смоленской, Курской, Нововоронежской атомных станций. Взорван газопровод Уренгой-Помары-Ужгород на участках стыковки Ухта-Пунга, и в 15 километрах от реки Илеть в Волжском районе. По предварительным данным атаку произвели объединённые силы НАТО с территории Польши, Норвегии, Турции и Южной Кореи. В 17 часов 22 минуты по Московскому времени Россия нанесла ответный ракетно-ядерный удар по городам Осло, Варшава, Гданськ, Анкара, Стамбул, Сеул. Так же по неутонченным предварительным данным потери среди гражданского населения составили около 12 миллионов человек убитыми и раненными. Все вооружённые силы России приведены в боевую готовность, производится всеобщая военная мобилизация...

Приехав домой, ты бежишь к телевизору, включаешь его - по всем центральным каналам ГЦП - останкинской телебашни и всего телецентра уже не существует, местная телестанция вещает о возможности ядерного удара по вашему населённому пункту и дядька в погонах указывает всем спускаться в подвалы и бомбоубежища. Из соседней комнаты выходит жена и 5-летний сын с зелёнкой на лице (ветрянка). Жена с удивлением смотрит на телеэкран, а сын подходит к тебе и просится на руки. После минутного оцепенения ты лезешь в шкаф за паспортом и военным билетом, берёшь все деньги, мобильный телефон, зарядку, бежишь к холодильнику и вываливаешь оттуда все, что попадёт под руку, даже мороженную курицу и пельмени из морозилки.

Потом в два присеста оказываешься на балконе - там картошка, капуста, консервация. В хлебнице - хлеб, в пенале - спички, соль, крупа, сахар, аптечка. 10-литровый баллон воды - не полный - доливаешь из крана. Жена одевает ребёнка, берёт из комода бельё, зачем-то крем для рук и духи. Ты сваливаешь все пожитки в большую клетчатую сумку и пластиковый мешок. Две жестяные кружки, алюминиевая кастрюля, сковородка, столовый нож, складной нож, несколько столовых ложек и вилок, консервный ключ. Потом берёшь в охапку несколько трусов, носков и пару футболок, вязаную шапку. Жена уже одета, выгребает из трюмо свидетельство о рождении ребёнка, золотые украшения, расчёску, заколки, берёт с журнального столика пару фотографий, сумочку, флакон дезодоранта. Ты зашёл в ванную - бритва, мыло, шампунь, полотенца, в туалете выгреб всю туалетную бумагу. Две под завязку набитых сумки уже стоят в прихожей.

На часах 17.51. Жена зашла на кухню, перекрыла газ, закрыла форточку. Ты вывернул пробки из счётчика и, выйдя в подъезд, закрыл квартиру на все замки. В подъезде уже слышны шаги соседей. Сверху кто-то тащит огромный баул с пожитками, внизу слышен звон бьющегося стекла - кто-то выронил трёх-литровку с огурцами.

Ты спускаешься на улицу, но на выходе из подъезда сталкиваешься с участковым и тремя в военной форме - комендатура. Они остановили тебя и ещё пятерых мужиков из твоего подъезда. Потребовали предъявить паспорт и военный билет. Ты без энтузиазма выполняешь их указания. Жена испугано смотрит на происходящее, сын рассматривает автоматы на плечах у солдат. Ты просишь офицера проводить жену до некоего ближайшего бомбоубежища (хотя сам совершенно не знаешь его местонахождения) и обещаешь прийти на сборный пункт через пол-часа. На что он категорически против. Он требует, чтобы ты взял с собой «кружку-ложку-смену белья-харчи на два дня» и следовал за ним. Все твои соседи уже роются в своих баулах и нехотя выполняют приказ. Ты следуешь за ним. На душе полный облом. Почему-то вспоминаешь, о том, что ты не сообщил начальнику, что завтра не выйдешь на работу и инстинктивно тянешься к мобильнику - связи нет. Собрав нехитрый скарб ты виновато целуешь жену, сына, потом опять жену, просишь у неё прощения, что не сможешь дотащить тяжёлые сумки до бомбоубежища и обещаешь позвонить или написать, когда прибудешь в часть. Потом всей толпой вы идёте к автобусам, стоящим в соседнем дворе. Там уже собралось человек 40-50. Все молчат и курят.

Поехали в сборный пункт. Проезжая через центр города, ты видишь толпы первых мародёров, громящих магазины и ларьки. Милицейские патрульные машины проезжают мимо них, не обращая никакого внимания. У них есть дела поважнее - они едут спасать себя. Там уже тысячи мобилизованных, стоят, сидят, лежат на газоне перед входом. Военком бегает как угорелый по коридору, слышны переклички. Из бокового входа уже выходят и садятся в грузовики все, кто прошёл моб-учёт. Садятся быстро, машины так же быстро их увозят. Через час подошла и твоя очередь. Два окна, проверка документов, штамп в приписном удостоверении. В этот момент отрубается электричество во всём здании. Поднимается недовольный гул. Через минуту заработал аварийный генератор. Все ждут, пока запустятся компьютеры. Спустя пару минут весь конвейер снова заработал.

Итак, ты едешь в старом бортовом ЗиЛ-130, без тента, без лавок. Все в кузове сидят повалом. Вас человек 30. Среди которых почти все, кому за 30 лет. Куда везут - вы не знаете. Через полтора часа вас привозят в какую-то захолустную казарму бывшей танковой учебки. Это где-то в лесу. Какой-то низкорослый капитан командует построение на поросшем бурьяном плацу. Капитан писклявым голосом произносит штампованную речь о том какой враг коварный и внезапный и что нам предстоит пройти короткий курс огневой и тактической подготовки. На всё - про всё 3 дня. В каптёрке тебе выдают пахнущую плесенью форму. Размер вроде бы твой, но рукава коротковаты, идёшь к прапорщику, тот тебе находит гимнастёрку побольше. Штаны пятнистые, гимнастёрка хаки, ботинки 42 размер, хотя у тебя 40,5. Надеваешь на две пары носков. Ремень с пятиконечной звездой и надписью «ДМБ 1985 В/Ч 36654». Все, кто уже в форме идут строиться. Ты в последний раз прошарился по всем карманам «гражданки», сгрёб мелочь и отдал шмотки в каптёрку. Жалеешь, что не успел дома переодеться во что-то попроще. Жаль «найковскую» ветровку и «экковские» туфли. Смотришь на часы: 20.24. После короткого построения все идут в бывшую столовку. Там только что подвезли сухой паёк. Получаешь всё по списку. Кипяток ещё не подвезли. Но тебе есть совсем не хочется. Суёшь всё в сумку.

Ночь провёл в спорт-зале, так как в казарме места нет. Выдали матрасы и одеяла. Ни белья, ни подушек. Ночью было холодно - всё-таки ещё середина апреля. Почти никто не спал. Утром все идут в столовку. Длинная очередь. Ты в третьем «заходе». Баланда из квашеной капусты, пшённой каши на комби-жире. На второе - тушёная капуста и пшёнка, чай (даже сладкий). Хлеба почти нет. После «завтрака» построение. Пришёл лейтенант - типа командир роты. Командир взвода - молодой прапорщик. Пришёл капитан и провозгласил, что ты теперь боец российской армии и находишься в подчинении этого лейтенанта отдельного мотострелкового полка, такой-то роты. Потом «вольно» и ты идёшь получать оружие. Тебе достался АК-74. Покоцаный приклад с затёртыми надписями. Видно только «1976». Сам автомат 1974 года. Ствол был заменён. Получаешь три магазина патронов в выцветшей солдатской сумке (противогаза нет), штык-нож, облупленную флягу без чехла.

После получения оружия снова короткое построение, перекличка и все строем идёте на стрельбище. Там, на ржавых столах под присмотром инструктора выполняете неполную разборку автомата на время. У тебя полторы минуты (за сколько лет уже можно и позабыть, как собирать боёк и пружину). Потом, отстреляв ростовые мишени, так же строем идёте в расположение части. А там вновь прибыло пополнение.

Внезапно звучит сирена. Из штаба выбегает какой-то полковник и с ним ещё два майора. Полковник истошным голосом орёт «1-5-я роты - по машинам!» Ты вспоминаешь, что ты из третьей роты, бежишь в спорт-зал, пытаешься найти свой вещь-мешок, находишь и бегом на улицу. Там уже все лезут на бортовой «Урал», к нему прицеплен лафет, укрытый тентом. Ты пытаешься угадать, что под ним, но так и не можешь. Когда уже все сели и машины тронулись, ты видишь взгляды твоих соратников: они, так же как и ты в недоумении по поводу пункта назначения и устройства, укрытого тентом. Колонна из 11 «Уралов» во главе с БТР несётся по грунтовой дороге на юг. Пыль и тряска не самое страшное, что тебя донимает. Тревога и безызвестность застряли где-то в животе.

Двадцать минут лихой гонки и вот колонна подъезжает к мосту через какую-то небольшую реку. Сначала короткая остановка, все смотрят, что там за мостом. Виден чёрный дым и запахло горелой резиной. Твой «Урал» медленно объезжает сгоревший БМП, потом ещё один. На обочине видны лужи почерневшей крови, россыпи гильз крупнокалиберного пулемёта, каски, клочья окровавленного бронежилета. Очевидно, убитых и раненых уже собрали. Колонна едет дальше. Но, проехав около километра снова остановка. Приехали. Все прыгают с машин и без построения идут колонной вдоль дороги. Впереди два сгоревших Т-90. У одного из них взрывом оторвало башню, и она лежит метрах в двадцати от него. Вдалеке слышны разрывы снарядов и хлопки орудийных выстрелов. Низко над головами с грохотом пронеслись два СУ-27. Они летят туда, где слышны взрывы. Над горизонтом стоит огромная дымовая завеса. Твоя рота переходит на бег. Слышен неровный топот ботинок и сапог, кто-то кашляет и харкает соплями. Пробежав так метров триста, темп бега резко падает. Ротный подгоняет, но никто его не слушает. Вскоре все перешли на шаг. Одышки, кашель, матюки.

Вдруг в ста метрах впереди разрыв снаряда. Все камнем падают на землю. Лейтенант командует: «все в лес, очистить дорогу». Вся рота, как стадо муфлонов в три прыжка прячется за деревьями. В этот момент на том месте, где было твоё отделение, разрываются две миномётных мины. Слышно, как закипает хвоя - это горячие осколки и шрапнелевая начинка разлетается среди деревьев. Слышен чей-то крик. Всё-таки кого-то зацепило.

Через минуту все выходят к дороге, выносят раненого солдата с окровавленной ногой и лицом. Вот и первая потеря. Лейтенант приказывает остановить кровотечение и перевязать. Четверо солдат несут раненого в «тыл». Ты подумал, почему не тебе дали приказ тащить его в тыл, ведь ты был рядом.

Тем временем с той стороны, откуда вы пришли, над дорогой поднялась пыль - пошли танки. Твоя рота отошла от дороги, чтобы пропустить колонну. Ты, судя по огромному столбу пыли, думал, что там их много. Но прошло всего две боевых машины. И вы пошли следом за ними. Через пятьсот-шестьсот метров лес кончился. Впереди поле и дорожная развилка. Рассредоточившись по обеим сторонам дороги лейтенант приказал окопаться. Радист с длиннющей антенной за плечами что-то передавал в «штаб». Сапёрной лопаты у тебя нету и ты ждёшь, пока твой товарищ отроет себе «полный профиль». Это заняло где-то минут сорок. Земля сырая, но копать тяжело. Откопав окоп примерно по колено, ты замечаешь, что мозоли сорвал почти до крови. Тогда ты берёшь из вещь мешка грязные носки, надеваешь их на руки как варежки и продолжаешь копать.

Вдруг где-то справа, куда уходит дорога, раздался грохот. Противник начал арт-подготовку. Снаряды летели навесом - била гаубица. Плотность огня не высокая, да и ложатся снаряды метрах в пятидесяти позади линии окопов. Через минуту всё прекратилось. Но потом снова раздались взрывы, теперь уже впереди. Это длилось примерно минуты две. Все сидели на дне окопов, боясь высунуть нос. Земля дрожит, высохший на весеннем солнце грунт осыпается на дно окопа. Наконец всё стихло. Слышен крик лейтенанта: «Вилка! Всем отступить на сто метров от окопов и постараться окопаться, живо выполнять!» Вся рота, в том числе и ты, влезли из окопов и побежали назад от развилки, ближе к лесу. Но не все успели. Как раз в этот момент снова начался арт-обстрел. Последним трём бойцам не удалось отбежать от окопов и их накрыло взрывом. Ты залёг за деревом и не поднимаешь головы. Взрывы примерно в ста метрах впереди, но тупой звон осколков о стволы деревьев очень сильный. На этот раз тебе страшнее, чем тогда у дороги. Через минуту снова всё стихло. Лейтенант командует возвращение в окопы.

Ты с опаской встаёшь, осматриваешься и идёшь к своему окопу. По дороге видишь красное месиво, врытое в землю, куски обмундирования, расколовшийся приклад автомата. Понимаешь, это один из тех троих, кто не успел отойти к лесу. А впереди лежат ещё двое. Их не разорвало, но тела все изрешечены осколками. У одного перебит шейный позвонок, и голова неестественно откинута назад. Ты пытаешься в нём узнать кого-то знакомого, но не удаётся - всё лицо - сплошной свекольного цвета волдырь. Ты не помнишь, как очутился в окопе. Присел на дно. Чтобы не думать о только что увиденном, хочешь чем-то себя занять. Осмотрел автомат, отложил. Полез в вещь-мешок, поковырялся, нашёл мобильник. Включил. Батарея почти разряжена, связи нет, но ты запускаешь «Порно-Тетрис». Через некоторое время уже и из других окопов слышна музыка. Кто-то включил mp3. Слева доносится «Белая стрекоза любви», а справа «Леди Гага».

Лейтенент: «Отставить музыку, вы чё, совсем ох*ели!» Слышно ржание в окопах, но музыку выключили. Лейтенант снова: «Нужны добровольцы, необходимо произвести разведку вглубь фронта до километра. Прапорщик Савельев, набирай группу из пяти человек. И ######те вдоль дороги. В бой не вступать. Бинокль у сержанта Карпенко. Время выполнения задания 20 минут». Ты не идиот, тебе что, больше всех надо? Савельев - молодой, лет 25-ти, «прапор» прошёлся вдоль окопов и быстро набрал «добровольцев». Тебе повезло, тебя он не выбрал. Все шестеро пошли вперёд вдоль дороги, выстроившись за прапорщиком в колонну. Они быстро скрылись за холмом. Примерно через три минуты после этого из-за холма послышались автоматные очереди и несколько взрывов. Всё длилось секунд двадцать, а потом стихло. Все, кто был рядом с тобой, высунули головы из окопов и как суслики стали всматриваться в ту сторону, откуда слышались раскаты короткого боя.

Прошло двадцать минут, но никто не вернулся. Прошёл ещё час. Никого. Лейтенант по рации пытался связаться со штабом, но никто не отвечал. Откуда-то впереди послышался стрёкот вертолёта. Он приближался. Все инстинктивно попрятались в окопы. Через мгновение из-за холма на бреющем полёте пронёсся америкосовский вертолёт AH-1G в натовской раскраске. Примерно метрах в 20- над окопами, подняв вихри пыли. И так же внезапно исчез за лесом. Ты так толком и не смог его рассмотреть. Лейтенант с квадратными глазами выскочил из окопа и заорал: «Всем, бл*ть, в лес, суки, щас пи*дец нам будет!» И вы опять побежали в лес. Сзади ты уже слышишь грохот возвращающегося по кругу вертолёта. Едва забежав в лес ты услышал громкий треск пулемётов и визг пуль. Со свистом вертолёт пронёсся над пустыми окопами, вздымая земляные фонтаны от пуль. Пройдя один заход, вертолёт так же быстро улетел.

Ты медленно вышел к своему окопу. Вечерело. Где-то высоко в небе пролетел натовский «беспилотник». В 22.00 температура воздуха опустилась до нуля. Огонь лейтенант разжигать запретил и все замёрзли как собаки. Ты, чтобы забыть про холод окоченевшими руками ломал хлеб и запихивал себе в рот, запивая ледяной водой из фляги. А к полуночи прилетел тот самый AH-1G. И ты наконец понял, что такое полный пи*дец. С термосенсором на борту, он вас перещёлкал как сайгаков на сафари. Из роты только ты, лейтенант и ещё двое ребят, из тех, кто помоложе успели добежать, да и то вас ещё долго щемили между деревьев. И когда тебя уже всего трясло и глючило от страха, ты нашёл в себе мужество выйти из-за дерева и точно прицелиться. Три короткие очереди по два-три выстрела... Вертолёт с протяжным воем и свистом упал в ста метрах от леса, прямо на дорогу. Пилот так и не смог посадить вертолёт с повреждённым курсовым винтом.

Взрыва, как показывают в голливудских фильмах, ты не увидел. Просто искры, столбы дыма, едва различимые в ночной мгле. Через минуту, ты набрался храбрости, и осторожно подполз к упавшей машине. Слышно было шипение перегретого двигателя и стон пилота, запах горелой элктро-изоляции. Ты встал в полный рост и со всей силы, наотмашь ударил пилота прикладом в лицо. Тот моментально замолк. Потом ты выхватил из его окровавленной руки пистолет и потащил пилота из кабины. Вытащив из кармана мобильник, ты осветил его разбитое лицо. Так ты впервые увидел врага. Это была молодая девушка в тёмном лётном комбинезоне. Ёе светлые волосы выбились из-под шлема и от неё пахло духами! Ты в шоке. Но вскоре шок сменился ярой беспощадной ненавистью. Ты бросил её возле вертолёта и начал бить ногами в живот. Прибежал лейтенант и с трудом оттащил тебя от этой проклятой с*ки, но всё же ты успел в последний раз зецепить её ботинком по лицу. "Это тебе от моего Димки! Пацан просил тебе передать привет, с*ка!" Постепенно ты успокоился. "Хоть согрелся", - подумал ты, и на душе стало как-то спокойнее.

Это был твой первый бой, из которого ты вышел живым, из которого ты вышел победителем. А впереди тебе останется... возможно ещё несколько дней.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

АСЫ

:smile: Ну дык, наши люди! Тока слово асы мне не очень, вызывает некие ассоциации с английским словом...

Интересна дата фото, видимо лето 42г.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

В интернете нашел приказ об исключении из рядов Красной армии.

Приказ составлен на основании предоставленного штабом дивизии списком. Вот аккуратность была в документах в том время....

Изменено пользователем Zhalair Мухали

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Приказ составлен на основании предоставленного штабом дивизии списком. Вот аккуратность была в документах в том время....

Должность - Ком. взв. авт. Это командир взвода автоматчиков, не знаете?

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Должность - Ком. взв. авт. Это командир взвода автоматчиков, не знаете?

Да, именно так. Раньше помню бабушка рассказывала, что он комбатом был)) По докам оказывается гвардии лейтенант, ком взвода автоматчиков.

Изменено пользователем Zhalair Мухали

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Это не поздравления, это фото тема.

Полагаю в ваших семейных альбомах найдутся подобные. Фото ваших родственников особо приветствуются. Предлагаю ими похвастаться. :signthankspin: они это заслужили. В общем, пойдут любые интересные слайды касательно ВОВ.

Фото деда:

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Да, именно так. Раньше помню бабушка рассказывала, что он комбатом был)) По докам оказывается гвардии лейтенант, ком взвода автоматчиков.

В теории, лейтенант вполне мог командовать батальоном, т.к. потери большие были. Взводами в пехоте часто командовали сержанты.

Мамыш-улы вступив в должность ком.полка был всего старлей.

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Уже как лет 5, если не больше, собирался своих дедов здесь опубликовать, вот и собрался таки.

Валериан Войцехович Посел, в мае 1945 года - поручик, начальник автомобильной службы 7-й пехотной дивизии 2-й армии Войска Польского. Боевой путь начал в феврале 1942 года в Алма-Ате, сержантом, начальником мастерских 156-го отдельного мостостроительного батальона, сформированного здесь, затем Тула - 64-я армия (7-я гвардейская) - Сталинград - Курск - Кировоград - Молдавия - Румыния - Польша - Германия. После войны служил в польской армии, с 1947 - снова в Советской, Туркестанский военный округ - Кизыл-Арват, Ашхабад, затем курсы в Ленинграде. Окончил службу в 1956 году капитаном, командиром ремонтной роты стрелкового полка в Троицком (Чирчик) под Ташкентом, при сокращении Вооруженных Сил.

img043.jpg

img044.jpg

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Александр Андреевич Курдиков, в 1945 году - лейтенант, офицер органов государственной безопасности (военной контрразведки). Службу начал около 1930 года солдатом пограничных войск, прошел всю войну с июня 1941 по май 1945, после этого для него война еще не закончилась, служил в территориальных органах госбезопасности в Чернигове, приходилось бороться на Западе Украины бороться с формированиями ОУН-УПА. Окончил службу в 1950-х годах в воинском звании капитана.

gZUcwxqHpzU.jpg

vIoRUQvaHFo.jpg

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Может кто чего новое нашел, для этой темы? :)

Поделиться этим сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Join the conversation

You can post now and register later. If you have an account, sign in now to post with your account.

Гость
Ответить в этой теме...

×   Вы вставили отформатированный текст.   Удалить форматирование

  Допустимо не более 75 смайлов.

×   Ваша ссылка была автоматически заменена на медиа-контент.   Отображать как ссылку

×   Ваши публикации восстановлены.   Очистить редактор

×   Вы не можете вставить изображения напрямую. Загрузите или вставьте изображения по ссылке.

Зарузка...

  • Недавно просматривали   0 пользователей

    Ни один зарегистрированный пользователь не просматривает эту страницу.

  • Upcoming Events

    No upcoming events found
  • Recent Event Reviews

×

Важная информация

Правила форума Условия использования